Мы стояли под потоками утреннего бриза. Это было в час, когда трава красна, как сок рассветного ландыша, а пестрые дневные светила еще спят. Я слегка коснулся устьицем ее сустава на сгибе. Она крала мою смерть, а я ловил запоздавших насекомых облаком ее пушистых атавизмов.