Современный стиль изложения
Сюда
Ок. Ждите. Будет.
Здесь
один какой я то неокомментированный остался(
Серьезный, с вкраплениями иронии
*
Хорошо Хорошо
Хорошо
Нет ощущения начала прошлого века
Хорошо.
Обсуждение литературным обществом статьи В. Черткова " Жизнь одна " На очередном заседании литературного общества, после обильного и вкуснейшего обеда состоявшего из блюд доставленных из ресторации «Мадрид», по предложению председательствующего г-на Проскурина, известного эпикурейца и поклонника Бахуса, было затеяно обсуждение книги некоего В. Черткова. Зычным своим голосом он читал книгу, вольно усевшись в креслах и попыхивал неизменной сигарой, всем видом своим контрастируя с написанным, смысл которого сводился к неприятию убийства животных, для применения мяса оных в пищу. Следует поблагодарить председателя общества за то, что прочтение статьи он перенес на послеобеденное время, когда приготовленные яства уже были употреблены и аппетит присутствующих не омрачали призраки убиенных животных. Мадмуазель София неоднократно вскрикивала при прочтении, особенно когда автор живописал убиение животных. Нервический характер этой дамы, проявлявшийся как в стихотворениях ее, так и жизненных коллизиях, и на этот раз привел ее к обмороку. Несколько молодых людей, отнеся ее бесчувственное тело в сад и, уложив под цветущей липой на скамью, немедля вернулись в залу, где не прерывалось чтение. Отставной поручик Липовский, любимец почти всех дам литературного общества и автор весьма недурных стихов, уволенный со службы по ранению во время русско-японской компании, вернулся к обеденному столу и, с демонстративно преувеличенным наслаждением, вгрызся в бифштекс, чем скандализировал некоторых дам из своих поклонниц, находящихся под воздействием услышанного. Присутствующий здесь же протоиерей Кирилл, настоятель храма Всех Святых, тихонько похмыкивал в бороду, а чуть позже произнес негромким своим голосом: «Не зря, ох, не зря графа-то Толстого от церкви отлучили!» Впрочем, на заданные ему тут же соседями вопросы он не отвечал, а лишь смиренно улыбался, кивая головой. Когда же чтение было окончено, он подошел к председателю, взял из рук его книгу, покачал ее на ладони, как бы взвешивая, и изрек: «И призрел Господь на Авеля и на дар его, а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился, и поникло лицо его.» «Отец Кирилл, что значат слова Ваши?» – спросил г-н Проскурин. «А то, что Каин, плоды принесший Господу нашему, затем на брата своего руку поднял и проклят род его на веки веков!» На этом обсуждение книги, так и не начавшись, было закончено к огромному удовлетворению председателя литературного общества г-на Проскурина.
Я правильно понял, что требование уложиться в 1000 знаков отменено?
Правильно поняли
это была 1\8 финала? ))) или уже 1\4? давайте еще задания, мне, если честно, понравилось
Хочу получить "отлично" :) Буду стараться!
Не могу предсказать, подойдет иль нет вам моя скромная заметка о статье Черткова. Можете взглянуть на нее: она находится в моем первом посте вместо первого файла
Глеб, я также добавила вторую заметку к первому файлу.
Хорошо, спасибо!
Глеб, что еще сделать? :)
*** К предыдущему заданию:) Из-за ограничения в количестве символов, пишу в комментариях На очередном заседании общества любителей русской литературы, прошедшем в центральном доме литераторов, был поднят вопрос животрепещущий и острый. А именно: доколе же будут продолжаться клеветнические и зловредные нападки на поэтически настроенных членах пишущей братии, в просторечии именуемых поэтами? С целью опровержения постыдных упреков в пьянстве, блуде и влечении к вину и картам, был сочинен Манифест «О сущности и бытие поэта» о пяти пунктах. п.1. Поэт, мукой творчества снедаемый, есть существо главой печальное и духом окаянное, а посему в величайшем снисхождении нуждающееся. п.2. Девки, в обилии поэта окружающие, есть вожделенный источник вдохновения, а посему славны не блудом своим непотребным, а токмо лучезарностью муз животворящих. п.3. Вино, без пощады к животу своему и седалищу в трактирах поэтом поглощаемое, есть субстанция эфемерная и к душевным излияниям побуждающая, а посему для поэтической сущности крайне пользительная. п.4. Карты есть занятие, требующее от поэта превеликого сосредоточения и внимательности, а посему усердие и созерцательность в нем воспитующее. п.5. Деньги для поэта есть предмет, потребный для поддержания духа и плоти бренной поэтической в надлежащем состоянии. А посему являются его извечной и трудновосполнимой необходимостью, а упреки в непомерном стяжательстве для него крайне нежеланны и оскорбительны.
*** Трактат «О тактике пития поэта в обществе». Бытие есть Питие. Питие определяет Сознание. Сознание стремится к Общению. Тактика Общения.
*** К статье В. Черткова "Жизнь одна" Милый друг мой, Ольга Сергеевна! Давненько не писал Вам, памятуя о Вашей просьбе. Но был сегодня я душою превелико взбудоражен, и посему намеренно нарушаю Ваш запрет. Помните ли живейшие разговоры наши о невозможности для человека отнятия жизни у любого другого существа? Сегодня беседа наша имела свое логическое продолжение. Но, давайте же, друг мой, буду излагать по порядку… Посетил я сегодня литературное собрание. Вы, надеюсь, помните этот гнетущей в своей замшелости паноптикум? Где извечно унылые старые девы, снедаемые любовной тоской, читали сонеты нараспев. И любое новое и свежее веяние встречалось ими с глухой враждебностью. Верю, что Ваши воспоминания еще свежи. Сегодня же случилось нечто, совершенно необыкновенное. То, что так глубоко потрясло меня. Обсуждали книгу Черткова «Жизнь одна». Обсуждали горячо. Не смущаясь в эпитетах. Стоял невообразимый шум. С превеликим трудом удалось призвать разбушевавшихся дам к порядку. Воинственные в своей непогрешимости жрицы пера и рифмы боролись за свое право есть мясо, опоясывать свои старческие чресла ремнями, а морщинистые руки прятать в лайковые перчатки. Спустя какое-то время я перестал их слышать, растревоженной душой размышляя о заповеди «не убий», о драгоценном даре жизни, единственной и для человека и для животного. И мысленно видел горящий взор Ваш. И слышал слова о том, что все живое и насущное создано Богом. И никто, кроме Бога, не вправе прервать не им воссозданную жизнь.
Эх, какие знакомые до боли комментарии. Ради них и то поучаствую.
Здравствуйте. Размещаю статью про Черткова. Среди прочего, вчера в Москве имело место собрание общества любителей русской литературы. Поводом послужила публикация в одном из столичных альманахов статьи «Жизнь одна» г-на В. Черткова, известного толстовца. Вхожий в философские круги автор самолично явился на обсуждение, был чрезвычайно любезен, и охотно отвечал на вопросы почтенной публики по существу. В ложе важных гостей были замечены меценат С. Морозов с супругою и знаменитая балерина А. Павлова. Они, однако же, особенного интереса к ходу беседы не проявляли, изучая последний выпуск "Литературного вестника". Горячую дискуссию у собравшихся вызвали, между прочего, высказывания г-на Черткова о равноценности животной жизни людской. Аудитория, по обыкновению, поделилась мгновенно на два лагеря – противники указывали на изначальную вздорность подобных утверждений, сочувствующие же выражали надежду на скорейшее принятие обществом таких позиций как знак его зрелости и терпимости. Председательствовавший на собрании в ранге попечителя известный прозаик Д.Н.Мамин-Сибиряк склонился в своей примирительной речи, скорее, ко вторым. Со свойственной ему обходительностью, писатель напомнил собравшимся, что описания животных составляют значительную часть его авторских трудов, и призвал покончить с жестокостью к меньшим братьям человека. Сочувствующие, в том числе и сам г-н Чертков, встретили обращение стоя и с овацией; остальные же, как видится, в дурном настроении покинули зал Центрального дома литераторов.
а по мне – так Шыкарно! :) Надеюсь, АА там не ворочается..
Не ворочается. У нее ведь дествительно было имя бабушеи-а не ее, только звали ее не Соня)))))
Неплохо, понравилось, только орфографию и пунктуацию бы исправить
Вечер добрый, Глеб! Приятно получить от Вас комментарий. Высылаю текст про статью Черткова. Конечно, эта статья заслуживает совсем другого отношения, это очень серьезное высказывание. Но, если я правильно поняла задание, репортажный стиль остается. Итак. Очередным поводом заседания московского литературного общества послужило издание «Посредником» статьи г-на Черткова «Жизнь одна». Г-н Чертков, снискавший репутацию небесталанного литератора и почитаемый прежде всего как ближайший соратник графа Л.Н. Толстого, в очередном своем сочинении вновь обратился к теме нравственной законности убийства животных и популяризации вегетарианского образа жизни. Статья продолжает и развивает тему, уже поднимавшуюся г-ном Чертковым, в своем давнем эссе «Злая забава» о вреде и, более того, безнравственности охоты на животных. Статья, вызвавшая значительный общественный резонанс, в среде литераторов встретила восторженное одобрение. Известный публицист г-н Быстромыслов обратился к присутствующим с прочувствованной речью и, завершая свое выступление на высокой ноте, призвал собравшихся принять резолюцию, всецело поддерживающую этический пафос означенной статьи. Последующая дискуссия носила характер душевности и искренности, все присутствующие с охотой поддержали высказанное предложение о принятии резолюции. Ситуация начала коренным образом меняться, когда слово взял дотоле молчавший г-н Внесомненнов, признанный сатирик и юморист. Уже начало его речи не предвещало ничего хорошего – «Извиняюсь, любезные господа, но я вот с детства не люблю нравоучений. Хочешь питаться только травкой, да пожалуйста! Но почему ты меня-то ею пичкаешь? Я мясо люблю, и без мяса в этой жизни смысла не вижу. И откуда взялась у этих господ страсть эдакая – всех поучать? Тоже мне благодетель человечества, спаситель во плоти! Вот от них-то все беды и происходят, это они поучают весь род человеческий, а своих близких поедом едят». Эмоциональное выступление г-на Внесомненнова внесло некоторое смятение в ряды присутствовавших литературных деятелей. Послышались одобрительные реплики – «Да-да, я не против любви к птичкам там, ну, рыбкам, но почему я должен любить, скажем, жабу или, того хуже, таракана?». Шум поднялся невообразимый. Председатель собрания г-н Вензелевский заметно сник, поглядывая на часы и опасаясь, что при таком раскладе событий к ужину не успеть. Ситуация становилась неприятной. С одной стороны, надо бы поддержать благородные идеи, но как обойтись без телячьих почек в сметане и поросенка с хреном? И жабы с тараканами опять же, не по-людски это как-то! Спас ситуацию молодой поэт-символист г-н Муравушкин, который срывающимся от волнения голосом вопросил: «А разве растения не живые? Мы и представить себе не можем, что чувствует поедаемая нами спаржа. Почему мы о растениях-то молчим?». И тут председателя прорвало – «Так мы с такими теориями и до всемирного голода доболтаемся! Резолюция будет краткой – высказанная теория имеет право на существование, но без пропаганды, для любителей, по желанию. Рано нам еще человечество спасать». «Или поздно», заметил один из присутствующих, человек неизвестный и незапомнившийся. На том и порешили, вынесенная резолюция всех присутствующих удовлетворила и успокоила, и с сознанием выполненного долга члены общества направились ужинать в «Стрельну». Всех благ. Анна.
Хорошо вышло
Еще вариант (серьезный по сравнению с предыдущим) На нынешней неделе состоялось очередное заседание любителей русской литературы в Центральном Доме Литераторов. По уже заведенной традиции встречу начал Аманов Николай Осипович, признанный знаток словестности. Преинтереснейшим рассказом угостил он знатную публику своих коллег по перу. Затем читали стихи. В особенном расположении духа пребывал поэт Болматов Лев Николаевич, что самым наилучшим образом отразилось на его пылких сонетах. После были угощение, танцы, оживленные разговоры. Как и полагается, все остались весьма довольны.
Спасибо, хорошо!
Абсолютно не по делу, скорее для успокоения души. Написала вчера "рассуждения" о статье и до сих пор не по себе как-то. Сама я уже год как вегетарианка, пользуюсь косметикой, не испытывавшейся на животных (во всяком случае, так уверяют производители). В "рассуждениях" же было интересно встать на сторону оппонента, поскольку вопрос далеко не так однозначен. Особенно, раз Чертков начинает именно с этого, для человека, неплохо знакомого с восточными религиями и философскими системами.